Когда на Северном Кавказе стали употреблять молочные продукты?
Гора Большой Тхач в Адыгее
Когда именно население северопонтийских степей и Предкавказья начало практиковать употребление молочных продуктов доподлинно неизвестно. На протяжении мезолита и до энеолита жители этих мест охотились на различных животных - сурка, сайгака, благородного оленя, кабана, тарпана, онагра. Эти люди употребляли много рыбы и моллюсков, добывали птиц. Одомашненные животные попали в степи и предгорья с юга. Либо через Кавказ, либо через западное побережье Черного моря. Во время трипольской культуры население степей уже взаимодействовало с настоящими земледельцами, имевшими домашних животных. Это позволило им создать новую экономику, основанную на мобильном животноводстве. Начиная со степных позднемайкопских групп, жители Предкавказья тоже становятся подвижными, редко оставаясь на одном месте и почти не основывая поселений. Классический пример - ямная культура, поселения которой крайне немногочисленны, а памятники представлены в основном курганами.
С четвертого по второе тысячелетие до нашей эры главными домашними животными степи были овцы, козы и крупный рогатый скот. Лошадь, будучи одомашненной, вероятно, в третьем тысячелетии, была на весьма скромных ролях. Огромную роль в обеспечении подвижности скотоводов играло избретение колеса и колесного транспорта. Овечья шерсть появилась на Северном Кавказе, вероятно, в начале третьего тысячелетия.
Считается, что производство молочных продуктов люди этого региона освоили раньше, чем шерсть и колесный транспорт. Тем не менее, недавние исследования показали, что самые ранние общества с производящим хозяйством на Кавказе не занимались производством продукции из молока. Зоологические свидетельства показали, что содержать овец для молочного хозяйства на Кавказе стали только во втором тысячелетии до нашей эры, а крупный рогатый скот - еще позднее, в раннем железном веке.
Для реконструкции характера молочного хозяйства на Северном Кавказе в текущем исследовании применили методы масс-спектрометрии высокого разрешения к зубному камню 45 человек из 29 мест на Северном Кавказе (n = 27) и соседних регионах Южного Кавказа (n = 9), Окско-Волго-Донского (n = 7) и Восточного Урала (n = 2). Образцы укладываются в рамки ок. 6000 до н.э. - 200 н.э.
Карта выше показывает откуда брались образцы.
Результаты стоит рассмотреть дифференцированно по регионам.
Северный Кавказ
Примечательно, что обнаружились только молочные белки Ovis (овец) на энеолитических, раннемайкопских, позднемайкопских, степных позднемайкопских и ранних ямных стоянках, предполагая, что молочное животноводство было специализированной деятельностью в четвертом и пятом тысячелетиях до нашей эры. В начале третьего тысячелетия до нашей эры выявлен широкий сдвиг в практике скотоводов в сторону более диверсифицированного молочного животноводства, основанного на использовании молока овец, коз и крупного рогатого скота. Белки молока от этих трех видов жвачных животных были идентифицированы среди людей связанных с поздней Ямной (ок. 2850-2500 до н.э.; n = 1), северокавказской (ок. 2800-2400 до н.э.; n = 4), катакомбной (ок. 2800-2400 до н.э.; n = 1), поздней северокавказской(ок. 2200-1650 гг. до н.э., n = 1) и лолинской (ок. 2200-1650 гг. до н.э.; n = 6) культур, причем большинство людей потребляли молочные продукты из молока двух или трех различных животных.
Наконец, в период раннего железного века (восьмой-пятый века до нашей эры) наблюдается включение молока лошади (Equus) в молочную экономику (рис. 3e), при этом белки молока Ovis, Capra, Bos и Equus были идентифицированы
Восточно-Уральский регион
Проанализированы два индивида из Восточно-Уральского региона на стоянке Неплюевка, связанной с позднебронзовой срубно-алакульский культурой, датируемые примерно 1900-1600 гг. до н.э. Обнаружены белки молока у обоих образцов, идентифицированы пептидные последовательности овец (Ovis) и крупного рогатого скота (Bovinae) для NEP008 и неспецифические пептидные последовательности, указывающие либо на овец, либо на крупный рогатый скот, для NEP01. овец или крупного рогатого скота для NEP013.
Итоги
Результаты убедительно свидетельствуют о том, что молочное хозяйство было известно на Северной Кавказе с энеолита. По всей видимости, проникло оно с юга. Самые ранние свидетельства доения животных и употребления молочных продуктов в настоящем исследовании происходят также с самого юга исследованнй территории - на Южном Кавказе, в Алхантепе. Правда, доили там крупный рогатый скот, а не овец. Возможно, это связано с природными условиями. Овцы более неприхотливы, требуют меньше воды и переносят более суровые зимы.
Недавние генетические исследования подтверждают связи популяций Анатолии и Южного Кавказа начиная примерно с 6500 г. до н.э. Однако, для Северного Кавказа распространение новых технологий не обязательно было связано с приходом нового населения. Например, образец PG200133 не имел анатолийских корней вовсе, но употреблял молочные продукты. Таким образом, освоение молочного хозяйства в регионе началось еще в пятом тысячелетии до нашей эры, за тысячу лет до "молочной экспансии" ямной культуры.
В случае с майкопской культурой имеем занятный парадокс. Если судить по археологическим артефактам, роль рогатого скота в майкопском обществе была весьма велика. Это золотые и серебряные статуэтки, подношения черепов, кольца в нос для волов. Но судя по данным текущего исследования, овцы по-прежнему были главным поставщиком молочной продукции. Кроме того, все исследованные майкопцы - и обычные, и степные, употребляли ее. Вероятно, в то время крупный рогатый скот использовался в качестве тягловой силы, а также демонстрации идентичности или статуса.
Изменение в стратегии животноводства произошло во время ямной культуры, точнее уже на позднем ее этапе. Ранние ямные образцы все также употребляли молочные продукты, полученные овцеводством. Но позднее хозяйство стало более разнонаправленным, люди стали доить коз и коров в заметных масштабах. Тенденция усилилась позднее. Люди катакомбной, северокавказской и ранней лолинской культур употребляли молочные продукты двух-трех животных. Возможно, это было связано с климатическими изменениями. Распространение ямной культуры происходило в оптимальных условиях, но к концу ее существования климат стал портиться, происходили засухи, аридизация, многие области запустынивались. Такая ситуация достигла максимума к 2200 году до нашей эры. Люди стали более мобильны, передвигаться на большие расстояния. Возможно, это вынудило обратиться их к ранее незадействованным ресурсам, например доить не только овец.
Но такая ситуация имела и обратный эффект - чрезмерный выпас, что привело к еще большему запустыниванию и отказу от водотребовательного скота. Из шести образцов лолинской культуры только один употребляли продукцию рогатого скота, остальные - только овечьи. После 1700 г. до н.э., степная и предгорная зоны Северного Кавказа в значительной степени обезлюдели до IX или VIII века до нашей эры. Но население жило на высоких плато.
В то же время, на севере стратегии жизнеобеспечения отличались. В Доно-Волго-Окском треугольнике охота, рыбалка и собирательство по прежнему играли огромную роль до конца третьего тысячелетия. И скот здесь выращивали на мясо, а не ради молока.
Отдельно стоит сказать о свидетельствах употребления продуктов из лошадиного молока. В одной из прошлых работ был образец бронзового века из Нижнего Подонья, Кривянский IX, который показал, что лошадь тоже доили. Однако в текущем исследовании, несмотря на территориальный масштаб, таких образцов нет до IX века до нашей эры. Это подтверждает то, что лошадь не являлась животным, которое содержали для доения. Хотя, вероятно, она была одомашнена не позднее начала третьего тысячелетия, и Доно-Волжские степи скорее всего являются родиной ее одомашнивания.
По всей видимости, употребление молочных продуктов лошади началось в более позднее время и на Кавказе распространилось перед скифами.
Изменение стратегий животноводства в разные периоды на Северном Кавказе.
Emergence and intensification of dairying in the Caucasus and Eurasian steppes
https://www.nature.com/articles/s41559-022-01701-6