andvari (andvari5) wrote,
andvari
andvari5

Categories:

"Славяноподобный" генетический сдвиг у мордвы

Мокша

У меня есть одно довольно интересное наблюдение. Дело в том, что мордва (и мокша, и эрзя) генетически довольно близки к восточным славянам. Не только к русским, но и к остальным. Эта близость не сильно большая, но четко прослеживаемая. Обычно в статьях об этногенезе мордвы больше напирают на влияние предполагаемых балтов, ну или иранцев, ссылаясь на некоторые лингвистические заимствования. Но генетический сдвиг у мордвы роднит ее вовсе не с балтами, а с восточными славянами.  Собственно, есть и некоторые антропологические соответствия, которые сближают эрзю с некоторыми группами русских. Мокши последнее касается в меньшей степени, т.к. у них прослеживается определенное уралоидное влияние.  Но вот парадокс - и эрзя,  и мокша имеют генетический сдвиг к славянским группам, но у мокши он сильнее, несмотря на всю антропологию. Это легко продемонстрировать. Можно использовать для этого G25, ресурс с академическими современными и древними генетическими образцами, который позволяет их сравнивать и делать простейшие анализы.  Один из таких анализов сделаю и я. Попробуем представить мокшу как смесь двух популяций. Калькулятор имеет такую возможность, подбирая наиболее похожие компоненты, которые в итоге дадут подобный целевой популяции генофонд.

И вот какой результат нам выдаст.

75% рязанских русских и 25% коми.  Вроде бы ясно, что налицо некая смесь восточнославянских и финно-угорских компонентов. Но кто такие рязанские русские?  Без понимания этого, нам непонятно будет кто же такие мокша. Например, данные антропологии говорят, что у рязанцев прослеживается определенное влияние дославянского субстрата. Но насколько оно обусловлено генетически? Попробуем сделать для рязанских русских ту же процедуру, что и для мокши. Представим их как смесь двух популяций. Кого же нам выдаст?


Рязанцы выглядят как смесь украинцев и русских Лешуконского района Архангельской области относящихся друг к другу как 82 к 18.   Украинцев вполне можно использовать, как условный аналог средневековых славян Поднепровья. По крайней мере, существующие средневековые образцы, вроде Сунгиря, одинаково близки  к украинцам или русским юго-востока, типа орловчан или курян. Таким образом, компонент Ukrainian в этом анализе будет, вероятно, отражать нам вклад людей, схожих со славянами Поднепровья.

А что со вторым компонентом? Русскими Лешуконского района Архангельской области? Мы знаем, что северные русские как антропологически, так и генетически отличаются от южных и центральных русских, что там очень велика доля дославянского субстрата, он там преобладает.  Простейший анализ дистанций покажет нам к кому же ближе всего русские Лешуконского района.

Ближе всего эти люди к коми.  Затем идут  другие группы русских Архангельской области - Пинежский район и Пинега. Центральные и южные русские от них очень далеко, дальше удмуртов или татар.  Они в самом конце, я подчеркнул их красным. Словом, южно-центральные и северные русские очень разные генетически. Это не должно быть новостью для тех, кто интересуется популяционной генетикой.  Об этом можно почитать, например, здесь.

Словом, лешуконцев можно рассматривать как популяцию, схожую с коми. В контексте нашего вопроса о мордве, можно рассматривать их вклад, как близкий к вкладу коми. В итоге мы выясняем, что у рязанских русских примерно 17% вклада групп похожих на коми, а у мордвы - мокши более чем 60% вклада групп, похожих на украинцев.  Кстати, можно точно также попробовать представить и эрзю в виде смеси коми и украинцев, но результат будет немного отличаться.


На удивление, у эрзи вклад комиподобного компонента  больше, а вклад украиноподобного меньше, несмотря на всю антропологию.

Раз уж мы выяснили, что такой "славянский", а лучше назвать его славяноподобный, вклад у мордвы есть, то с кем он может быть связан? Честно говоря, первое о чем я подумал - какие-нибудь именьковцы или постзарубинецкие группы, жившие в регионе. Они вполне могли быть донорами славяноподобной генетики. Весь вопрос только в том, видят ли исследователи какое-либо значительное участие таких групп в этногенезе мордвы.

Обычно на каких-нибудь научно-популярных ресурсах можно встретить мнение, что корни мордвы лежат где-то либо в городецкой культуре, либо в культуре рязано-окских могильников.  Но видимо это либо устаревший взгляд, либо точно не единственный. Сейчас, как я понимаю, этногенез мокши и эрзя часто рассматривают под другим углом. К своему удивлению, я узнал, что у археолога В.В. Ставицкого есть ряд замечательных статей, посвященных данному вопросу. Я знаком с его работами, но в основном про энеолит или эпоху бронзы лесной полосы. И его труды об археологии мордвы стали для меня открытием. Собственно, я задумывал этот пост как небольшую подборку его (и не только) статей. Поэтому текст о генетике выше - это своеобразная прелюдия, чтобы было понятно, чем меня вдруг привлек этногенез мордвы. В конце еще кое-какие мысли напишу, а пока вот небольшой список работ Ставицкого. Мб еще кому-то пригодится.

1. Основные концепции этногенеза древней мордвы (историографический обзор)

В статье рассмотрена история изучения этногенеза древней мордвы. Исследователями разработаны две основных концепции: миграционная и автохтонная. Согласно первой концепции, главную роль в этногенезе мордвы сыграло родственное население Прикамья, по второй местные племена городецкой культуры.

https://cyberleninka.ru/article/n/osnovnye-kontseptsii-etnogeneza-drevney-mordvy-istoriograficheskiy-obzor

2.Происхождение древнемордовской культуры

В статье рассматривается вопрос о компонентах, которые послужили основой для сложения культуры древнемордовских могильников; приводятся аргументы, доказывающие, что главную роль в данном процессе сыграло финно-язычное население бассейна р. Белой, приведшее в движение ирано-угорские племена саргатской культуры.
С. 42

3. У истоков этногенеза древней мордвы
Статья посвящена изучению предыстории и ранним этапам этногенеза древней мордвы. Автором анализируются традиционные точки зрения на процесс формирования мордовского этноса. Выполняется верификация автохтонной концепции происхождения мордвы. Выясняется возможный удельный вес различных групп древнего населения, которые приняли участие в её этногенезе: носителей городецкой, кара-абызской и пьяноборской культур, восточнобалтских племен и сарматов. Поднимается вопрос о возможной причине их миграций на территорию Сурско-Окского междуречья. Рассматриваются основные этапы и хронология этногенеза мордвы. Методология исследования основана на анализе археологических источников: могильников, селищ и городищ. При интерпретации данных археологии используются данные по лингвистике и письменные источники. В статье делается вывод о том, что население городецкой культуры, вопреки традиционной точке зрения не сыграло заметной роли в формирование мордовского этноса. Сложение древней мордвы происходит в результате миграции населения пьяноборской и кара-абызской культур с территории левобережного бассейна р. Белой. Возможно, что в этногенезе мордвы приняли участие и восточнобалтские племена.

4. Эрзя и мокша по данным археологии
Существует мнение о значительной древности деления мордвы на субэтносы-мокша и эрзя. Эта точка зрения противоречит данным археологии, согласно которым мордва сохраняла высокую степень этнокультурного единства вплоть до монгольского нашествия.
С.4

5. Роль камского населения в формировании древней мордвы
В статье рассматривается историография проблемы воздействия камских культур раннего железного века на формирование древней мордвы, которое недооценивается современными исследователями. Делается вывод, что население Прикамья сыграло ведущую роль в этногенезе мордовского народа.

6. Волжские финны в эпоху великого переселения народов: историографический обзор
Эпоха Великого переселения народов в периодизации истории занимает промежуточное положение между ранним железным веком и средневековьем. Эта эпоха характеризуется массовыми миграциями, итогом которых стало формирование ряда народов, ранее не известных историкам. Среди них были и волжские финны. Цель работы проанализировать степень соответствия обоснованности современных гипотез содержанию письменных и археологических источников. Результаты. Эпохой Великого переселения датируется первое упоминание в письменных источниках финских народов Поволжья: мордвы и мери, археологические памятники которых представлены позднедьяковской и древнемордовской культурами. К поволжским финнам также относят культуру рязано-окских могильников, конкретная этническая принадлежность которых остается дискуссионной. Культура муромы и мари была сформирована только в эпоху средневековья. В советской историографии достоверность письменных источников по данной проблеме подвергалась сомнению из идеологических соображений. В науке преобладали автохтонные взгляды, сторонники которых приуменьшали роль миграций в истории волжских финнов. Археологические исследования памятников II-V вв. подтвердили достоверность письменных источников и позволили уточнить роль и место волжских финнов в событиях данной эпохи. Выводы. На раннем [германском] этапе эпохи Великого переселения волжские финны принимали активное участие в ряде миграций, в ходе которых происходит формирование мордвы и мери. Гуннское нашествие, по мнению большинства исследователей, не оказало существенного влияния на народы Западного Поволжья.

7. Западный и восточный импульсы в формировании культуры андреевско-писеральского населения
Вопрос о сложении памятников андреевско-писеральского типа является дискуссионным. По мнению автора, главную роль в этом процессе сыграл восточный импульс. Население кара-абызской культуры мигрировало в западное Поволжье вместе с кочевниками лесостепной зоны. Они вступили в контакты с постзарубинецкими племенами, что нашло отражение в элементах костюма и вооружении. Второй этап развития андреевско-писеральских древностей связан с участием их носителей в походах на территорию Северного Причерноморья.

8. Взгляды В.О. Ключевского на проблему взаимоотношения славян и волжских финнов в свете данных современной археологии
Статья посвящена проблеме славянской колонизации территории Волго-Окского междуречья, которая в I тысячелетии н. э. была заселена волжскими финнами. ВО Ключевский полагал, что данная колонизация носила исключительно мирный характер. Однако данные археологии свидетельствуют, что взаимоотношения между ними не всегда были мирными.

9. Западный  компонент  в материалах  Андреевского  кургана
В  статье  рассматриваются  артефакты  Андреевского  кургана  (вооружение  и  комплекс  украшений),  часть  которых  имеет  близкие  аналогии  в материалах  памятников Крыма, Северного Кавказа,  Подонья  и  Приднепровья;  отрицается  возможность  их  поступления  в  Посурье  в  результате торговых связей; делается вывод  об активном  участии населения андреевско-писеральского горизонта в событиях середины I тыс. н. э. , связанных с борьбой Митридата VIII за Боспорское  царство.

С.126

http://www.niign.ru/nauchnie-jurnaly/v-3-2013.pdf

Больше статей Ставицкого здесь

Плюс

10. НОВЕЙШИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ПО ЭТНОГЕНЕЗУ ДРЕВНЕЙ МОРДВЫ
Нестерова Надежда Андреевна
В статье рассматривается новейшая историография изучения этногенеза древней мордвы по данным археологии. Анализируются работы, опубликованные после 2000 года. В настоящее время прослеживается тенденция отхода от автохтонной концепции происхождения мордовского этноса. Среди возможных компонентов, принявших участие в сложении мордвы рассматриваются племена сарматской и саргатской культур, прикамское население пьяноборской и кара-абызской культур. Ряд исследователей особое внимание уделяет изучению западного компонента.

Плюс еще вот такое

Н.С. Мясников
11. ЭТНОКУЛЬТУРНЫЕ ПРОЦЕССЫ В ЧУВАШСКОМ ПОВОЛЖЬЕ В I—VIII ВЕКАХ НАШЕЙ ЭРЫ В СВЕТЕ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Заключение
В докладе предпринята попытка по-новому взглянуть на этнокультурные процессы в Чувашском Поволжье в I—VIII вв. н.э. Для этого был разработан рабочий вариант периодизации типов памятников и культур на рассматриваемой территории. Рамки научного доклада не позволили включить в исследование анализ топографии памятников, особенности домостроительства и погребального обряда, несомненно имеющие важное значение для выявления этнокультурных процессов. Упор был сделан на вещеведческие изыскания. Вслед за рядом исследователей мы считаем, что с первых веков нашей эры территория лесной зоны Западного Поволжья вступает в качественно новый период своей истории, большую роль в котором сыграли носители писеральскоандреевских традиций. Население, связанное с данной «военной миграцией» (по определению С.Э. Зубова, «военный выплеск»), сыграет выдающуюся роль в сложении древнемордовской культуры и формировании мощной группировки окских финнов. Автор датирует этот период I — серединой II в.и выявляет ряд новых материалов, которые можно к нему отнести (городище Пичке Сӑрчӗ, Конарское селище, Тиханкинский и Янмурзинский клады и ряд случайных находок).
Приходится констатировать, что культура автохтонного населения Чувашского Поволжья начала нашей эры пока достоверно не зафиксирована. В материалах окских финнов между писеральско-андреевским горизонтом и собственно классической культурой рязано-окских могильников выделяется переходный, «кошибеевский» этап. Подобный период отмечается исследователями и в материалах вятского варианта пьяноборской и азелинской культур в Ошкинском могильнике. Автор выделяет его и на нижнесурских материалах. Для данного культурного горизонта предлагается новое наименование — памятники типа «Таутово — Сендимиркино» (синхронны могильникам селиксенского типа на Верхней Суре). На данном этапе происходил процесс выработки новых форм вещей на основе писеральско-андреевских и отдельных степных сарматских элементов.
Вероятно также, что определенное влияние на местную материальную культуру оказали носители позднезарубинецких-раннекиевских традиций. На материалах городища Ножа-Вар, Криушинского и Иваньковского могильников сделана попытка уточнить хронологию древнемордовской культуры в Чувашском Повол35 жье. В целом она укладывается в III—VII вв., как и в других регионах расселения мордвы. Данные памятники обнаруживают наибольшую близость с верхнесурскими материалами, но со своими локальными особенностями. На иваньковских материалах фиксируются определенные связи с прикамскими
финнами, а с IV—V вв. прослеживается юго-западное и западное влияния, что связано, по-видимому, с миграцией рязаноокских финнов в восточном направлении, отмечаемой исследователями. Данный процесс важен для понимания формирования древнемарийской культуры.
Очень перспективным направлением изысканий считаем выявление именьковских (IV — первая половина VII в.) и
доименьковских (II—III вв.) памятников в Чувашии, особенно в ее лесостепной части. Первые исследования в данном
направлении позволили отодвинуть границы сурского варианта этого культурного образования на север, по крайней мере
до впадения р. Алатырь в Суру. Представляется, что и изучение юго-восточной Чувашии покажет более точные границы
распространения носителей этой культуры.
Материалы последней четверти I тысячелетия в Чувашии практически неизвестны. Период конца VII—VIII вв. представлен лишь набором случайных находок с территории Иваньковского могильника. Почему перестал функционировать крупный нижнесурский очаг древнемордовской культуры, пока остается загадкой. Судьба сурской группы именьковской культуры также требует уточнения. Большой проблемой для дальнейшего изучения средневековых древностей Чувашскою Поволжья является временная лакуна VIII—IX вв.
Самые ранние материалы болгарского облика, полученные на Тигашевском городище, Криушинской дюне, в Анаткасинском могильнике, датируются уже домонгольским временем. Хазарский и раннеболгарский периоды не освещены и нуждаются в самом пристальном внимании со стороны исследователей. Именно их изучение должно показать характер развития местного населения, степень влияния на него со стороны соседей, миграционные и другие процессы, важные для
понимания этногенеза современных народов края.

http://elbib.nbchr.ru/lib_files/0/kich_0_0000109.pdf

В общем, что я думаю по этому поводу? Не могу сказать, что я собаку съел на мордовской археологии и что вообще на отлично разбираюсь в этом вопросе, но почитав эти статьи, понял, что мое предположение может быть вполне верным. Дело в том, что в этногенезе мордвы огромную роль сыграл андреевско-писеральский тип памятников, представленный, к примеру, Андреевским курганом. А это важный элемент в формировании древнемордовской культуры.  Так вот, исследователи зачастую указывают на то, что один из компонентов андреевско-писеральского типа обнаруживает аналогии среди постзарубинецкого населения. Т.е. это та самая ниточка, которая вполне может быть ответственна за славянский сдвиг у мордвы. Так это или нет покажет время, археологические и генетические исследования, но мне такая модель представляется весьма перспективной. Более того, возможно, что схожий генофонд, как у мокши и эрзи, был характерен и для муромы и мери. О подобном уже писал Сергей Козлов на генофонде, основываясь на исследовании современного населения. А судя по недавнему анонсу, у нас скоро появится возможность проверить это на древних геномах.

Из всего этого следуют два интересных вывода. Первый: исторические славянские племена типа восточных кривичей или вятичей столкнулись с населением, которое отчасти было с ними родственно. Естественно, только генетически. В остальном - по самоидентификации, языку, материальной культуре, антропологическому типу это были разные группы.  Просто местные финно-угры когда-то впитали славяноподобный генетический импульс.  Второй важный вывод - до этого импульса, который есть основания связывать с постразарубинцами, местные финно-угры генетически были похожи на коми и сильно отличались от предполагаемых праславян.

Tags: генетика, славяне, финно-угры, эпоха переселения народов
Subscribe

Posts from This Journal “финно-угры” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 91 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Posts from This Journal “финно-угры” Tag